Жизнь — не прямая, не гладкая лента,
Не то, что показывают в кино.
Она — перекресток, где вместо концерта
Играет осеннее, мокрое дно.
Я помню, как в детстве казалось: всё просто —
Взрослеешь, и сразу открыт небосвод.
Но время — не лестница, время — погост
Надежд, что разбились об острый компост
Реальности. В ней не солируют звезды,
А мокнут дворы и ржавеют мосты.
Ты ждешь, что исполнятся главные грезы,
А вместо цветов получаешь кусты —
Колючие, цепкие, серые, в инее.
И ходишь по кругу, как лошадь в станке.
А жизнь между тем продолжается, синяя
Вздымается волна на твоей тоске.
Я часто смотрел на прохожих: их спины
Согнуты под грузом обид и забот.
Они все куда-то бегут, словно чипы,
А вечером каждый из них упадет
На кресло, включит бессмысленный ящик,
Закурит, нальет себе кофе, вздохнет.
И где-то внутри — очень робкий, настоящий —
Ребенок заплачет, поймет, что не тот
Он выбрал маршрут. Что не туда свернули
На том перекрестке, где было темно.
И годы проходят, как пули, как пули,
А счастье всё было, но только на дне
Стакана, в обрывке случайного танца,
В ночном разговоре, что длился до трех.
Но мы все спешим. Мы умеем лишь гнаться
За призраком. Жизнь — это тихий подвох.
А может, всё проще? Не надо искать
Ни смысла, ни Бога, ни даже ответа.
Взгляни: за окном начинает блистать
Заря. И от этого мягкого света
Теплеет в груди. Жизнь — всего лишь дышать,
Смотреть, как растет твой ребенок, как кошка
Мурлычет, как пахнет горячий хлебок.
Она не награда и не пыточная крошка.
Она — то, что сам себе ты даешь. Между строк.
Я сам не решил. Я иду, оступаюсь.
Но в чем-то одном убежден я вполне:
Пока мы живем, пока мы сгораем и маемся —
Мы учимся просто сидеть в тишине.
И слушать, как сердце стучит — это главное.
Остальное — вода, суета, мишура.
Жизнь кончится быстро, как утро туманное.
И некому будет сказать нам: «Пора».