Простуженные ветры стервенея взглядом налетели,
И гаснуть стал снаружи свет, зачах в наплывшей мгле,
И не согреться в одинокой, быстро стынущей постели,
Дыхание леденеет в морозящей душу улыбающейся тьме,

А за окном доносится свист, улюлюканье и дикий хохот,
Спустило небо толпы демонов с разорванных цепей,
И радостно несутся, заглушает чьи-то вопли топот,
Теперь в почете царство мрака и театр беснующихся теней,

Блуждают оголтело, в предвкушении потирая свои руки,
И нет от них спасения и защиты от разящих их мечей,
А я сижу, дрожу, испытывая сердцем тягостные муки,
Нет дела мне до них, мой мир невесел, стал давно темней,

В нем нет и части от распятого стеною тьмы очарования,
Изверившись во всем, затих хрипящий сердца крик,
Осталось некогда забытое опрометчивое обещание,
Хотя по времени давно душой ослеп и стал совсем старик,

Но тянет сердце к прошлому, той части, что священна,
Ее когда-то выплакал, извёл слезами себя в край,
Величие и ценность пройденной дороги несомненна,
Я жду, пока утихнут бури и утерянный вернется к жизни рай.