Не было ангелов, света и пения,
Стены сложились в дрожащий мираж,
Вне осознания длилось падение
В сумрак, в ничто сквозь узоры ковра.

Он подхватил бестелесно над пропастью,
Плавно качнулся, но выровнял крен
И устремился в полёт к невесомости
Мимо оплавленных, тающих стен…

***

«Мать, когда слегла, всё вокруг смотрела,
Говорила: «Видишь, ковёр какой
Мы с тобой купили, большое дело,
И по меркам нашим недорогой».

Обводила взглядом углы и стены,
И заснула, будто бы на часок…
Мы когда становимся слишком бренны –
Дорогое, вечное, как песок.

А на нём Олешка приклеил зайца,
Белочку, лисичку, вот фантазёр.
Да, переезжаю, куда деваться,
Так что мне теперь ни к чему ковёр.

Пусть он и не новый – какая ценность,
Но ведь веха памяти, те года,
Вот и я от смерти – куда поденусь,
Никуда, конечно же, никуда.

Чувствую ночами, что всё проходит,
Но, пока живые, к чему скулёж,
Вот бы протянула, хотя бы годик…
Ну так что, сестрица, ковёр берёшь?»