В степи дымит заря, как рана,
Где брат на брата — без пощады.
Где белый полковник, как буря с экрана,
Рубал без счета — не ради награды.
Шашка в руке — как воля в огне,
А рубаха — алая, в крови и в гневе.
Сколько легло? — да кто их считал…
Сколько еще? — ветер знает в степи.

Эх, моя шашка, звонкая сталь,
Ты не прощала, ты не молчала.
В вихре гражданской — боль и печаль,
Но честь не продам, хоть душа устала.
Эх, моя шашка, в крови до рукояти,
Судьба не просит — она платит.

Красный в атаке, с лозунгом в крик,
Белый в ответ — без слов, но с верой.
Падали сотни, как скошенный стик,
А земля пила — без меры, без меры…
Полковник седой, но взгляд молодой,
Он не молил — он был сам судьбою.
И в каждом ударе — не месть, а боль,
За Русь, за разлом, за братскую кровь.

Эх, моя шашка, звонкая сталь,
Ты не прощала, ты не молчала.
В вихре гражданской — боль и печаль,
Но честь не продам, хоть душа устала.
Эх, моя шашка, в крови до рукояти,
Судьба не просит — она платит.

И пусть не простят, и пусть не поймут,
Но в песне останется — звон и маршрут.
Где белый и красный — не цвета, а боль,
Где каждый погибший — народная соль.
Эх, моя шашка… не просим пощады.
Мы — дети разлома. Мы — тени баллады.