В миру из века в век идёт война
С народом, с миром, или с плотью бренной.
Повсюду смерть царит, победа не видна,
Метание никчёмной жизни тленной.

Здесь не болит в атаке голова,
Когда ты бьёшься ради подлой мести,
Не устаёшь в защите ценностей греха
Лавиной стрел из ложно-сладкой лести.
Во имя гордости, которой трон – позор,
Во имя злата, что сверкает лживо,
Ведём мы с миром вечный разговор
На языке его насилья и наживы.

Мир – не деревья, реки и поля,
Не горные хребты и не озёра,
А то, зачем спит матушка Земля, –
Дыханье Бога, тихое, в котором…
Мы все живём. Но стал нам тесен дух,
Тесны границы вечности скрижалей.
Лукавый, подлый наш житейский дух
Ведёт нас в ад, к началу всех печалей.

Мы объявили Небу, что оно
Не в счёт, что нам достаточно лишь тлена.
Но миру мало – смотрит он в окно
И ждёт в свои объятия для плена.
Мы бьём стекло, ещё крушим гранит,
Пытаясь взять божественную крепость.
Наш командир – лукавый, грех манит,
А главный приз – духовная нелепость.

Мы победили? Некого любить.
Пожары совести дотла сжигают веки.
В войне с добром нельзя ни полюбить,
Ни сохранить последний след надежды.
Скорее сбрось с себя оковы мести
Ведь ты воюешь с тенью на стене,
С собой, закованным в доспехи ложной чести.
А враг – он только отражение в душе.

Где нет границ, там затихает бой,
Там сталь клинка становится рекою.
И человек встаёт перед собой,
Не разделённый надвое войною.
Остановись, безумный человек,
Познай себя, своё предназначенье.
Закончи бесконечный в жизни бег
К мечте, к обрыву, к смерти, без прощенья.

Который год уже идёт война? Ответь:
Не с братом, не с врагом, а с целым светом…
Но стоит лишь однажды захотеть,
Чтоб поле брани стало Божьим Светом…