Мо’рфеус вышел из тени зеркал,
В ладонях не угли – пилюли держал.
Две капсулы, нужно свою лишь найти,
Два полюса веры, два разных пути.

Одна – как рубин, в ней пылает рассвет,
В ней Истина Истин, неправды в ней нет.
Глотнёшь – и разверзнется купол Небес,
Испуганный разум останется без
Колючих прозрений, где нету заплат,
Где Бог – не костыль, а Огонь и Набат.

Вторая – сапфир, в ней прохлада и тишь,
Там сладкое «верю», там сытый престиж,
Там можно молиться, не каясь вовек,
Там бог – это добрый, удобный ковчег,
Там храмы в огнях, но не видно креста,
Там рай обещают за глупость с листа.

И вот – человек. Он стоит у черты.
В глазах его отсвет небесной плиты.
Он тянет ладонь, замирает на миг,
И слышит, как шепчет измученный лик
Внутри: «А зачем тебе та нагота?
Зачем отправляться тебе в никуда?
Смотри, как спокойно внизу, на волне,
Там можно не думать о Страшном Суде,
Там пастырь накормит, и кроме того,
Там главное – верить, не важно, в кого».

И пальцы смыкаются. Выбрана – синь.
Он выбрал не небо, а тёплый «аминь!».
Он выбрал не Истину – выбрал уют,
Где ангелы мирно на гуслях поют,
Где бог – это дед с бородой в облаках,
И он на земле словно в райских садах.

И люди берут, опуская глаза,
Их вера – как сон, их молитва – роса.
Им снится, что в храме они у Христа,
Но нет там Иисуса, а лишь пустота.

Лишь те, кто избрали рубин, те встают,
Распятую в кровь Истину’ познают,
Увидят не маску, не миф, не догмат,
А Бога, который не мёртв и не свят,
А жив, словно ток по тугим проводам,
По красной пилюле, бегущей к устам…